ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОСОБЕННОСТЬ ГЕНДЕРНО-ВЕЖЛИВОЙ ЛЕКСИКИ РУССКОГО И УЗБЕКСКОГО ЯЗЫКОВ

Аннотация

в данной статье рассмотрены вопросы, отвечающие ведущим тенденциям современной сопоставительной лингвистики и лингвокультурологии, где приоритетным является функционально- семантический подход к анализу национально-культурных особенностей гендерной лексики в процессе эвфемизаци речи, как проявления вежливости в речевом поведении носителей русского и узбекского языков. Ключевые слова и словосочетания: эвфемизмы, эвфемии, табуированная лексика, языковая культура, дисфемизм. Еще в античности явление эвфемии пользовалось популярностью. В V-I в.в. до н.э. такие римские и греческие ученые, как Цицерон, Аристотель, Квинтилиан обратили свое внимание на понятие эвфемизм. Термин эвфемизм упоминался также в трудах Демокрита, Гиппия, Платона. В настоящее время особенности эвфемистических и табуизированных лексических единиц нашли отражение в работах русских ученых А.М.Кацева «Языковое табу и эвфемия» [1988]; Б.А.Ларина «Об эвфемизмах» [1961]; С.Видлака «Проблема эвфемизма на фоне теорий языкового поля» [1965]; Н.Исматуллоева «Эвфемизмы в современном узбекском языке» [1964] и т.д. Эвфемизм как лингвокультурное явление представляет особый интерес, так как в последнее время процесс образования эвфемизмов протекает с растущей интенсивностью, и они получают широкое распространение в различных сферах речевой деятельности. Изучение эвфемизмов в различных языках позволяет внести вклад в изучение национального своеобразия языковой картины мира и речевого поведения носителей русского и узбекского языков. Сопоставление эмоционально-оценочной и стилистически окрашенной лексики вообще, и эвфемизмов и дисфемизмов в частности, невозможен без учета фоновой информации содержания описываемых событий лингвокультурного фона носителями различных национально- культурных ценностей, обычаев и традиций, особенностей менталитета того или иного народа. Основным препятствием для адекватного сопоставления эвфемизмов, является несогласованность понятийных систем разных языков. Именно поэтому при переводе большинства представленных лексем рекомендуется добавление более или менее развернутых лингвокультурных комментариев, разъясняющих денотативные и коннотативные семы, присущие лексеме в языке оригинала. Любые изменения в языке свидетельствуют, прежде всего, о том, что язык не является неподвижной системой, а, наоборот, представляет собой развивающееся, постоянно подвергающееся изменениям динамическое целое. Появление нового эвфемизма в языке всегда приводит к более или менее заметным сдвигам в лексической системе. Согласно О.С. Ахмановой, «Эвфемизм – троп, состоящий в непрямом, прикрытом, вежливом, смягчающем обозначение какого-либо предмета или явления» [1]. По определению узбекского лингвиста А.Ж. Омонтурдиева: «Эвфемизмы принадлежат языковым универсалиям, при помощи которых хотят завуалировать, закамуфлировать некий смысл, который говорящий почему-либо считает неудобным обозначать прямо» [4]. Таким образом, мы считаем, что именно правилами исследование гендерно-вежливой лексики в процессе эвфемизирования речи руководствуются носители русского и узбекского языков (примеры эвфемизмов узбекского языка, переведены на русский язык путем точного перевода, кальки) при употреблении, в частности, эвфемизмов, связанных с обозначением: 1) старость – рус.: в летах, возраст осени, человек в годах, в возрасте, преклонного возраста, в летах, золотая осень, зрелый, престарелый, бальзаковский возраст / узб.: axriy (faxriya) (конечный, ветеран), oqsoqol (белобородый), yoshuli (старый), yoshi ulug' (старость), nuroniy (светлый), otaxon (отец), onaxon (мать), aya (ayaxon), keksalik gashtini surayotgan (проложил путь к старости), keksalik libosini kiygan (носящий старомодное платье); bahori o'tmoq (прошедшая весна), baxori tugamoq (закончилась весна), oshini oshab (величественный), yoshini yashamoq (возраст, чтобы жить), soch oqarmoq (седые, белые волосы); 2) любовные отношения полов – рус.: амурничать, амурные отношения, амурные дела, близкие отношения, крутить роман, вольное поведение, питать нежные чувства / узб.: аqlini oldirmoq (потерявшие разум), аqlu hushidan begona bo'lmoq (быть в бессознательном состоянии), bir oqiz gap aytmoq (кое-что рассказывать), degani bor (это), ipsiz boqlanmoq (без веревкипривязаться), ko'zga uyqu kelmaslik (не выспавшиеся), ko'ngil bermoq (развлечение), ko'ngil olmoq (веселиться), ko'ngil qo'ymoq, ko'ngli band bo'lmoq, ko'nglidan joy olmoq, ko'nglini egallamoq (бережные отношения), mayl qo'ymoq (склонять к чему-то), majnun bo'lmoq (сходить с ума), maftun etmoq (очаровать), mahliyo bo'lmoq (быть влюбленными), nazari tushmoq (исчезнуть из поля зрения), oromi buzilmoq (беспокоиться о ком-то), oshiq bo'lmoq (влюбленные), savdoyi bo'lib qolmoq (предаться чувствам), tinchi yuqolmoq (потерять спокойствие), xayoli uchmoq (летать в мечтах), shaydo bo'lmoq (мучиться), qalb to'ridan o'rin olmoq (занять место в сердце), hushini oldirmoq (терять сознание) и др. Для истории изучения гендерной лексики в нашей стране необходимо обратиться к феномену