Некоторые правовые и организационные проблемы возбуждения и расследования уголовных дел, связанных с хищением криптовалют

Аннотация

Over the past three years, the growth of cybercrimes in Russia has amounted to almost 400 %, and in 2021 already every fourth crime included a «prefix» cyber. At the same time, the society is actively interested in digital assets, almost 15 million citizens have access to cryptocurrencies in one volume or another. Despite certain legal gaps related to the regulation of cryptocurrencies and the constant discussion of upcoming 92 Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений changes in their legal status, crimes related to the theft of cryptocurrencies are showing steady growth. This article discusses the legal and organizational problems associated with the stages of initiation and preliminary investigation of criminal cases related to the theft of cryptocurrencies. Keywords: High-tech law, Digital technologies, Cryptocurrency, Initiation of criminal proceedings, Preliminary investigation, Digital assets Различные виды хищений традиционно являются одним из самых распро- страненных преступлений в России. Существующие методики расследования, выработанные десятилетиями практики в совокупности с серьезными научными исследованиями и полученным образованием, позволяют органам следствия до- статочно эффективно раскрывать преступления, предусмотренные ст. 158, 159 Уголовного кодекса РФ. Однако за последние несколько лет все чаще предметом хищений являются криптовалюты. Государство, принимая на себя обязательства, связанные с уго- ловно-правовой защитой граждан, общества, достаточно избирательно подходит к вопросам возбуждения и расследования уголовных дел, в которых у потерпевших была похищена криптовалюта. Понятия и нормативно-правовое регулирование. В законодательстве от- сутствует термин «криптовалюта». Федеральный закон «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» [7] не закрепил легальное определение криптовалютам, ограничившись понятием «цифровая валюта», что с технической точки зрения не является тождественным понятию «криптовалюты». При этом анализ статей дан- ного Федерального закона позволяет указать на достаточно подробное объяснение законодателем процессов, связанных с оборотом цифровой валюты (ст. 14): органи- зация выпуска, выпуск, организация обращения. Однако определение «цифровой валюты», которое закреплено в ст. 3, с технической точкой зрения не коррелирует с процессами оборота цифровой валюты, которые мы находим в ст. 14. Если речь в рассматриваемом федеральном законе идет именно о цифровой валюте, то что следует включать в ее трактовку не на нормативном уровне, а на понятийном? Каким образом объяснить сотруднику органов следствия, что у потер- певшего была похищена цифровая валюта и необходимо возбуждать уголовное дело со всеми соответствующими последствиями? Игра терминами, когда государство не включает в законодательство отдельное определение «криптовалюта», а вводит понятие «цифровая валюта», позволяет не реагировать правоохранительным органам на сообщения о хищении криптовалют. Здесь важно отметить технические особен- ности природы рассматриваемых определений: цифровая валюта централизована, существует строго определенная группа людей и сеть технических устройств, которые контролируют сетевые транзакции. Для криптовалют отсутствует так называемый центральный сервер, децентрализация является ключевым фактором отличия с циф- ровой валютой. Криптовалюта не принадлежит отдельному государству, цифровая валюта может быть выпущена центральным банком или иным уполномоченным органом. Возможно, по этой причине законодатель избегает использования термина «криптовалюта», а вводит определение «цифровая валюта». 93 Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений Однако отсутствие нормативного закрепления криптовалюты не ограничивает правоприменителя на практике. Так, еще в мае 2018 г. Девятый арбитражный апел- ляционный суд впервые обязал должника предоставить конкурсному управляющему доступ к содержимому криптокошелька для включения его в конкурсную массу [3]. В указанном судебном акте фактически суд указал на право лица «по своему усмотрению владеть, пользоваться, распоряжаться содержимым криптокошелька как своим собственным имуществом, совершать в отношении него любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и ох- раняемые законом интересы других лиц». Одновременно с примерами из судебной практики действует правило, согласно которому финансовая система страны является объектом правовой охраны публичного права, и неурегулированное правовое положение криптовалюты позволяет след- ственным органам квалифицировать ее как «денежный суррогат». Подтверждением избирательного подхода правоприменителя при рассмотрении вопросов об уголов- ном преследовании лиц по уголовным делам, связанных с криптовалютой, является решение Петроградского районного суда г. Санкт-Петербурга, который признал именно криптовалюту (не цифровую валюту и не цифровые финансовые активы) имуществом по уг