Тибетские институты власти и цинская система администрирования особенности взаимодействия, середина XVII - конец XVIII вв.

Аннотация

Актуальность темы настоящей диссертации обусловлена рядом факторов. Тибет после преобразований Далай-ламы V (1617-1682) представлял собой теократическую монархию с преобладанием религиозных институтов власти. Тибетский буддизм и духовный глава сангхи Далай-лама являлись ядром вновь образовавшегося тибетского государства. Одной из особенностей тибетских институтов власти было специфическое положение членов правительства от служащих-монахов до высших тулку (лам, в прежних воплощениях также занимавших высокие духовные позиции), относящихся к элите тибетского общества. Разного рода связи и отношения, в т.ч. дипломатические, строились на принципе «чой-йон» -отношениях «духовный наставник - светский покровитель». Взаимный интерес лидеров одной из школ тибетского буддизма (Гелуг) и императоров ново утверждённой династии Цин (1644-1911), обусловленный стремлением каждой стороны к расширению сферы своего влияния в Центрально-азиатском регионе, стимулировал образование между ними религиозно-политического союза. Данный союз являлся уникальным конструктом, сочетающим одновременно взаимное признание политических интересов сторон, и столкновение буддийской этики наставничества и китайской конфуцианской дипломатической теории, согласно которой Поднебесная является центром мира, а добродетель императора распространяется на все иноземные варварские народы. На протяжении полутора веков отношения по типу «чой-йон» (как союз и как принцип взаимоотношений) между Далай-ламами, Панчен-ламами и цинскими императорами играли важную роль в процессе развития тибето-цинских отношений.