REORGANIZATSIYA JARAYONIDA INTELLEKTUAL MULK OBYEKTLARIGA BO‘LGAN ISTISNO HUQUQLARNI O‘TKAZISHNING HUQUQIY MOHIYATI VA MEXANIZMLARI

Аннотация

This article analyzes the legal mechanisms of transferring property rights to intellectual property objects during the reorganization of a legal entity. The paper examines national legislation of Uzbekistan, international practice, and current challenges. Proposals are made to improve legal regulation in order to ensure continuity and effective protection of exclusive rights. Keywords: intellectual property, property rights, reorganization, legal entity, succession, legal protection. В условиях глобальной цифровизации и ускоренного роста инновационных отраслей актуализируется необходимость эффективной правовой регламентации оборота объектов интеллектуальной собственности (далее — ИС), включая их передачу 71 в процессе корпоративных преобразований. Особое место в этой системе занимает механизм перехода имущественных прав на ИС при реорганизации юридических лиц, поскольку влечёт за собой сложные юридические и экономические последствия для правопреемников, третьих лиц и национального реестра ИС. Согласно статье 53 Конституции Республики Узбекистан, интеллектуальная собственность охраняется законом. Имущественные права на ИС, в отличие от личных неимущественных прав, подлежат передаче, в том числе по универсальному правопреемству — как это происходит при слиянии, присоединении, разделении, выделении или преобразовании юридического лица (ст. 50 Гражданского кодекса Республики Узбекистан, далее — ГК РУз). Однако в действующей правоприменительной практике остаются белые пятна, особенно в части регистрации перехода прав, преемственности лицензионных обязательств, а также трансфера ИС, созданной с участием сотрудников или подрядчиков. Для правопреемства имущественных прав на объекты ИС ключевыми выступают положения ГК РУз, статьи 1031–1090, регулирующие объекты авторского и патентного права, а также Закона «Об авторском праве и смежных правах», Закона «О товарных знаках» и т.д. Несмотря на наличие формальных оснований для перехода прав при реорганизации, практика показывает отсутствие механизма, обязывающего государственные органы — например, Агенство по интеллектуальной собственности — вносить изменения в реестр ИС по факту слияния или разделения юридических лиц. На международном уровне подходы к правопреемству на ИС закреплены в ряде документов: в статье 2bis Конвенции по учреждению Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), статье 16 Соглашения ТРИПС, а также в нормативных актах Европейского Союза. В частности, согласно статье 23 Регламента (ЕС) № 2017/1001 о товарных знаках Союза, передача исключительного права должна быть зарегистрирована в соответствующем ведомстве, чтобы считаться действительной в отношении третьих лиц. Таким образом, в странах ЕС сформировался принцип: регистрация перехода — необходимое условие правопреемства, особенно в публичных реестрах. В Узбекистане регистрация прав на объекты ИС осуществляется в порядке, установленном соответствующими подзаконными актами, в частности, Положением о порядке регистрации и использования товарных знаков, утверждённым Агентством интеллектуальной собственности. Однако данный порядок недостаточно учитывает нюансы реорганизации, особенно в отношении коллективных объектов ИС, созданных в составе холдингов, филиальных структур или с участием иностранного капитала. Так, если при слиянии двух компаний происходит передача исключительного права на товарный знак, а регистрация не обновляется, возникает риск правового конфликта между правопреемником и третьими лицами — особенно при трансграничных поставках и параллельном импорте. В научной литературе подчеркивается, что право преемника возникает в силу универсального правопреемства, однако для легитимного распоряжения объектом ИС часто требуется фактическое подтверждение правомочий (например, через внесение изменений в реестр или подачу уведомлений в международные организации, такие как ВОИС или ВТО). 72 Особую сложность представляет передача лицензионных прав. В Узбекистане отсутствует норма, прямо разрешающая или запрещающая переход обязательств по лицензионному договору при реорганизации. Это создаёт ситуацию неопределённости, особенно когда речь идёт о невозможности односторонней передачи лицензии без согласия лицензиара (что является общепризнанным международным стандартом). Подобный пробел может привести к нарушению интересов как стороны договора, так и третьих лиц, полагающихся на добросовестную регистрацию. Кроме того, необходимо учитывать особенности перехода прав на программы для ЭВМ, базы данных и мультимедийные объекты, где элементы ИС часто являются составными частями более широких технологических комплексов. При реорганизации компаний, владеющих такими комплексами, встает вопрос о необходимости специального юридического оформления отчуждения каждого элемента, что на практике практически не реализуется. Например, при реорганизации IT-компаний или digital-стартапов крайне важно чётко указать переход прав на софт, платформы и код, в противном случае возможны иски со стороны бывших соавторов